Израильская спецслужба "Натив"


 ·  "Натив": прошлое и настоящее
 ·  Что скрывается за вывеской "Натив"
 ·  Нужен ли Израилю "Натив"?
 ·  Невидимый и вездесущий
 ·  Беседа с профессором Иерусалимского университета Иегуди Лапидотом
 ·  Операция "Большая алия"
 ·  "Сломивший" Голду Меир
 ·  Из досье Якова Кедми
 ·  Цви Маген руководитель "Натив"
 ·  Человек на своем месте"
 ·  Пишите нам!


Человек на своем месте

Первым послом Государства Израиль в Белоруссии стал г-н Эли Валк. Вряд ли кто-нибудь из жителей Минска узнал в израильском дипломате скромного студента биофака Минского университета образца середины 60-х. И уж наверняка никто не вспомнил, что в эти же годы Эли нелегально привозил в белорусскую столицу запрещенные в то время издания. С тех пор прошло много лет, но Эли Валк не изменил свои идеалам, всю жизнь занимается любимой работой и считает подарком судьбы, что в годы Большой алии именно ему, много лет числившемуся в отказниках и "неблагонадежных", посчастливилось выдавать визы гражданам СССР, желающим репатриироваться в Израиль.

- Я с детства знал, что уеду в Израиль. Когда поднимался на дюны на Рижском взморье, открывалось море, мне казалось, если пойти по морю - приду прямо в Страну Израиль. Путь оказался долгим... Латвия была независимым государством до 1940 года, в еврейских семьях сохраняли традиции и родной язык. Мать знала иврит, а братья отца уже жили в Эрец Исраэль. Так что в моем приезде в Израиль в 71-м году нет ничего удивительного, хотя выезду предшествовали 14 лет отказа, обыски и аресты друзей... А вот мои друзья из Москвы, Ленинграда, самостоятельно пришедшие к еврейству и к сионизму в те годы, действительно заслуживают восхищения. В Израиль мы уехали с женой и ребенком, мне тогда было 27 лет. Счастлив, что всю жизнь мог заниматься любимым делом: рассказывать евреям об их корнях и Израиле. По приезде в страну это стало моей профессией.

- А в Риге разве вы не этим были заняты?

- В какой-то степени и этим тоже. Круг моих знакомых был из еврейских домов, они в большей или меньшей степени знали о еврейской традиции, но мало знали об Израиле. А я был в контакте с израильским посольством в Москве, с большим риском получал материалы и участвовал в их размножении, что в середине 60-х было непросто. Только теперь понимаю, насколько это было опасно. Меня и в институт в Риге не приняли из-за того, что слыл "неблагонадежным", а точнее, за то, что просил о выезде в Израиль.

- И вас власти зачислили в "тунеядцы"?

- Нет, пришлось "бежать" из Риги и поступить на биофак Белорусского университета. Я возил туда подпольные материалы: роман "Эксодус", перепечатанный на машинке, воззвание "Твой язык" и многое другое. С риском попасть в КГБ и за решетку искал единомышленников, впоследствии они стали лидерами еврейского движения Минска. Закончил два курса дневного отделения, но потом пришлось перейти на заочное, так как хотел вновь подать документы в ОВИР. Тогда за мной в Минске уже следили. В 65-м году, вернувшись в Ригу, я в очередной раз подал на выезд. Перед защитой диплома в 1969 году решил совсем уйти из университета - важнее было уехать. В Израиле решил продолжить образование и поступил на факультет базисных медицинских наук Еврейского университета при больнице "Хадаса", проучился полтора года... и начал работать в русском вещании радио "Коль Исраэль" ("Голос Израиля").

- Расскажите об этом поподробнее.

- Я стал редактором отдела новостей. Благо, я неплохо знал иврит и разбирался в политических реалиях страны. Для слушателя в СССР нельзя было ограничиться переводом сводки новостей. То, что на иврите обозначалось одним словом и израильтянам было понятно без дополнительных комментариев, для русского слушателя надо было раскрывать более подробно. Приходилось учитывать и специфику радио: слово, как птица, - вылетело в эфир и уже не поймаешь.

- И таким образом вы способствовали репатриации?

- Алия - сложный процесс, она не может зависеть только от средств массовой информации. Однако абсолютно уверен, что в годы информационного голода "Коль Исраэль" на русском и идише был для многих источником не только информации, но и моральной, а порой и политической поддержки. Особенно для тех, кто был в отказе, сидел тюрьмах, лагерях, боролся за выезд. Наше радио тесно сотрудничало с израильской официальной организацией "Лишкат ха-кешер". Теперь истинное название этой организации стало известно всем - "Натив". Она координировала борьбу за выезд советских евреев. Мы получали сведения, где и кого арестовали, что произошло, и сразу передавали в эфир. Потом сами стали звонить в Союз, чтобы получать информацию из первых рук. На радио и в "Нативе" было четкое правило: информацию неукоснительно проверять. Мы считали: не следует преувеличивать, сгущать краски - советская действительность и без того была достаточно мрачной. Когда люди приезжали в Израиль, многие приходили на радио и говорили: наши передачи были для них источником правдивой информации, а главное - поддержкой.

- Это было очень важно! До каких пор вы вели эту работу?

- До 84-го, после чего перешел в ту самую организацию "Натив", которая координировала борьбу за выезд евреев из Союза. Очевидно, наша работа давала свои плоды: в частных беседах в середине 90-х годов бывшие сотрудники КГБ признавали, что организация "Натив" была достойным соперником, который победил в негласной войне. На новой работе я собирал информацию о том, что происходит с евреями в Союзе, оперативно узнавал об арестах, избиениях, провокациях с наркотиками... В мои функции входило распространить эти факты по всему миру. Мы прилагали усилия, чтобы информация, полученная и проверенная нами (иногда на это уходил целый день!), срочно шла в эфир. Ее передавали не только "Коль Исраэль", но и "Голос Америки", радио "Свобода", другие радиостанции мира.

- Стало быть, о громких процессах по делу отказников люди узнавали через вас?

- Процесс самолетчиков состоялся в конце 70-го. Сидел же Эдуард Кузнецов до 79-го. О том, что с ним происходило в лагере, написано в его книге "Мордовский дневник", которую помог издать и распространить "Натив". Сведения о противоправных действиях властей по отношению к Натану Щаранскому, Иосифу Менделевичу, другим узникам Сиона и отказникам мы узнавали и распространяли первыми. Мы видели свою задачу не только в том, чтобы евреи в СССР знали о нашей поддержке. В израильском обществе тоже должны были знать, что есть люди, рискующие своей свободой и даже жизнью за идеалы сионизма.

- Однако не все отказники ехали в Израиль...

- Читатели "Алефа" постарше помнят времена, когда выехать "на ПМЖ" можно было только по израильской визе. И часть людей, получив ее, в Вене "поворачивали оглобли". Я понимал, что у них был иной подход к жизни. И хотя было обидно за такое отношение к моей стране, я считал: не надо никого уговаривать - надо дать людям правдивую информацию об Израиле, а выбор каждый делает сам.

- Но когда наступила эра Горбачева...

- ...уже не нужно было никого убеждать ехать в Израиль. В 90-91-м, приезжая в Москву, я работал в посольстве по 5-6 недель - выдавал визы. Это было невероятно: мне с таким трудом удалось выехать из Союза, затем я боролся за то, чтобы люди могли свободно репатриироваться в Израиль, и вот мне довелось видеть на Большой Ордынке тысячи стоящих в очереди за израильской визой. Я испытывал сильный эмоциональный подъем, когда своими руками выдавал визы желающим уехать в нашу страну.

- Помню, на волне Большой алии в СССР хлынул поток изданий на русском.

- С 90-го года я возглавил в "Нативе" отдел публикаций и информации. Мы выпускали журнал "Израиль-2000", начали издавать газету "Иерусалимские вести", курировали выпуск большого числа книг об Израиле. Люди должны были заранее знать, что их ждет по приезде. Я сам принимал участие в подготовке брошюр об условиях абсорбции, о том, как найти жилье и работу в Израиле. Читая эти издания, люди готовились к отъезду осмысленно. Одним из видов моей деятельности была подготовка консультантов. В еврейских организациях, возникших в СНГ на волне перестройки, мы проводили семинары, на которых израильские специалисты рассказывали будущим лидерам общин о разных аспектах абсорбции. Такие семинары мы проводили в Москве, Киеве, других городах, после чего семинаристы-консультанты разъезжались по всему бывшему Союзу.

- Популярная серия книг "Библиотека-Алия", "Краткая еврейская энциклопедия", международные книжные ярмарки в Москве - к этому вы тоже были причастны?

- Я, безусловно, имел прямое отношение к доставке этих изданий читателям в Союзе. Когда стало доступно видео, готовил кассеты об Израиле и на темы еврейской истории и традиции. В Международных книжных ярмарках в Москве Израиль участвовал с 1977-го года, всякий раз это было настоящим событием. Особенно запомнилась первая ярмарка периода перестройки - осенью 1987 года.

- Чем вы заняты последние годы?

- В 1993 году я стал первым послом Израиля в Белоруссии - стране с интересной историей евреев. Начинать пришлось с нуля, уже через год посольство функционировало в полном объеме с большим штатом местных сотрудников. Были налажены широкие связи с официальными инстанциями, с людьми культуры и искусства, а главное - с многочисленными еврейскими организациями.

В конце 1996 года я вернулся в "Натив", где начал выпускать журнал "Израиль сегодня", ряд информационных бюллетеней в Интернете, в частности, сводку "Новости из Израиля" и другую электронную и печатную продукцию. Цель была та же - дать объективные сведения об Израиле. На наши сайты заходят из самых отдаленных мест бывшего Союза, даже с Крайнего Севера...

Два года назад я возглавил "Ассоциацию по изучению еврейских общин", выпускавшую книги "Библиотека Алия" и уже четверть века издающую "Краткую еврейскую энциклопедию". Для меня большая честь быть причастным к этому фундаментальному изданию, сравнимому разве что с "Еврейской энциклопедией" в 16-ти томах, выпущенной 90 лет назад издательством Брокгауза и Ефрона.

Беседовал Лев Аркадин
"Алеф" www.alefpress.com
11.02.2004


X